Дефицит это двигатель торговли

«Стимулирующие ограничения», как двигатель продаж

В морозном декабре в магазинах становится жарко. Предновогодний ажиотаж, если его подстегнуть, способен принести ритейлу треть годовой выручки, а по отдельным товарным категориям – и того больше. Но означает ли это, что продавцы по примеру своих западных коллег только и должны шлифовать логистику и под завязку затоваривать склад? Разумеется, нет. Этого мало. Нужно посеять лихорадку. Довести потребителя до экстаза, состояния наивысшего нервного возбуждения, питаемого желанием купить подешевле то, что идет нарасхват. Но как этого добиться? Наблюдения за передовым опытом российской розницы подсказывает: прозрачно намекните на дефицит.

Дефицит – давненько я не слышал этого слова, которым было пропитано все мое советское детство. Но с тех пор минула четверть века – и вот он, дефицит, как живой, в сверкающих торговых залах московских супермаркетов. «Стейк из семги. До 2 кг в руки», «Бедро цыпленка-бройлера. До 2 кг в руки». Подсолнечное масло «Олейна», виски Black & White, творог «Даниссимо», чай Lipton. Порошок Ariel – не более пяти пакетов в руки! Талонов, правда, не видно. Но ничего – вместо них есть купоны.

Читая рекламу гипермаркетов «Реал», входящих в немецкую группу Metro, невольно забываешь, зачем приехал в магазин. Нужно остервенело хватать семгу, бедро цыпленка, виски, масло и творожки, а еще звонить родственникам – чтобы занимали очередь, покуда товар имеется в наличии.

«Стимулирующие ограничения» местная розница применяет со все большим размахом. В «Перекрестке», к примеру, такое уже в порядке вещей. Свинина охлажденная по 229 рублей за килограмм? Не больше пяти килограмм в одни руки. Сахар? Аналогично.

При этом трудно спорить с тем, что семена агрессивного маркетинга падают в благодатную почву. Годы потребительского изобилия не истребили в нас рефлексы эпохи тотального дефицита: если товара мало, его нужно брать – не важно, нужен он тебе или нет.

Разумеется, все конечно. Селедка, апельсины или шампанское могут внезапно закончиться за считаные дни до Нового года. Ошибки в прогнозах департамента закупок, сбои в работе распределительного центра, да и любое другое слабое звено непростой логистической цепочки могут резко изменить баланс cпроса и предложения в отдельно взятом магазине или торговой сети. К зоне риска относится и производство. Хотя дефицит из-за нехватки мощностей или продолжительного производственного цикла не характерен для FMCG-рынков так, как для автомобильного бизнеса (вспомним хотя бы многомесячные очереди за иномарками, которых вечно не хватает, чтобы удовлетворить ненасытный местный рынок).

Магическая фраза

Кому-то может показаться, что дефицитное подсолнечное масло – дурная реклама ритейлеру. Стоит ли ходить в магазин, который не может закупить достаточное количество самого тривиального товара? Но на многих, очевидно, фраза «предложение товара ограничено» действует магически, особенно если она произносится надрывным голосом в переполненных залах Stockmann во время «Сумасшедших дней». Что и говорить: дефицит – это сила.

Источник

Найдена причина роста цен на автомобили: машина грозит стать роскошью

Подорожание зафиксировано и на вторичном рынке

Фото: Геннадий Черкасов

Март 2021-го ознаменовался снижением уровня продаж автомобилей на 5,7 % по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. В России реализовано в первый месяц весны всего 148 676 автомобилей.

Председатель Комитета автопроизводителей АЕБ Томас Штэрцель отметил, что в целом ситуация на рынке не вызывает удивления. «Покупательский интерес несколько снижается по мере роста цен, в некоторых случаях по-прежнему наблюдается дефицит в предложении определенных моделей. Неопределенность с повышением утилизационного сбора также не помогает рынку. Наибольшее замедление продаж наблюдается в массовом сегменте», — сказал он.

«Чипы нельзя изготовить за один день. Требуется примерно полгода. Между тем продукция этих двух заводов необходима не только для производства автомобильных чипов, но и чипов для ноутбуков и смартфонов, спрос на которые из-за перехода на удаленку серьезно вырос», — подчеркивает автоэксперт Игорь Моржаретто. В общем, производственное отставание от потребностей рынка производства чипов оценивается экспертами в 2-4 месяца.

Ликвидировать такое производственное отставание заводы, возможно, смогут только к лету. До этого момента все мировые автомобильные компании будет лихорадить, рассказывает наш собеседник. Фирмы, работающие на российском рынке, проблема точно не обойдет стороной. По крайней мере, в США из-за нехватки комплектующих пришлось остановить несколько автозаводов. В нашей стране пока этого не случилось, но перебои с поставками чипов есть, поэтому ряд комплектаций в ближайшее время собрать просто не смогут.

Несмотря на статистику АЕВ и тревожные заявления дилеров, Минпромторг не видит дефицита автомобилей на российском рынке. Игорь Моржаретто полагает, что специалисты министерства судят по наличию машин в дилерских центрах. «Действительно, зайдя в салон любого дилера, мы видим, что машины стоят. Но это зачастую дорогие комплектации, которые просто не по карману подавляющему большинству потенциальных покупателей. Не хватает авто в доступных массовому потребителю комплектациях. Бюджетных машин практически в продаже не осталось», — утверждает эксперт.

Между тем на вторичном авторынке тоже очень тяжелая ситуация. Цены на машины б/у-сегмента взлетели. Хорошие машины за адекватные деньги уже раскупили. Что касается стоимости новых авто, то с января 2021-го все без исключения машины подорожали на 5-8%. Рост цен продолжится, убежден наш собеседник. Причины: дефицит комплектующих, инфляция, падение рубля и обещания Минпромторга поднять утилизационный сбор на 25%.

«Авторынок, безусловно, будет и дальше сжиматься. Сказывается и завершение программ господдержки, которые на протяжении всего 2020 года неплохо помогали авторынку. Сейчас, в 2021 году продавцы смотрят на ситуацию с осторожностью: работники автосалонов в частных беседах говорят, что чаще обычного заказывают новые модели машин только после поступления заказа с частичной предоплатой от конкретного покупателя», — отметил в разговоре с «МК» шеф-аналитик TeleTrade Пётр Пушкарёв.

Источник

Блат и дефицит как двигатель торговли. Советской

60 лет назад по наводке вождя народов было принято постановление о борьбе с хищениями в советской торговле. Вскоре с энтузиазмом заработала репрессивная машина, и почти 60 тысяч нечестных торговых работников были уволены

У Аркадия Райкина была знаменитая и очень любимая населением по причине своей актуальности реприза. Продавец магазина доказывает своему собеседнику, как важен дефицит в торговле, как благодаря ему простой гражданин может стать всемогущим, перед которым заискивают даже сильные мира сего. И не дай бог, настанет время, когда можно будет спокойно приобрести все, что угодно, и тогда всесильный работник прилавка по своей социальной значимости сравняется с простым инженером. Такое время настало, но вспомнить об “образцовой торговле” времен советской власти и интересно, и полезно.

Читайте также:  Дымит двигатель ниссан патрол

Как-то в “Литературной газете”, которой в отличие от других дозволялся некоторый “эпатаж”, появилась заметка о советской туристке, упавшей в обморок в магазине одного из немецких городов при виде 100 видов колбас. Неудивительно, в прейскуранте советских магазинов числилось 1-2 вида — любительская и ливерная, да и те скоро стали дефицитом.
Анекдот про “длинное, зеленое и дурно пахнущее” был у всех на слуху. Тем более что гонение на Москву из всех уголков страны с целью закупить продовольствие и одежду приняло размеры уже катастрофические для столицы.
Гости из российской глубинки приезжали и в Ереван, где, правда, в обморок не падали, посещая наши продовольственные магазины, но зато сильно удивлялись при виде свободно лежащих на прилавках тушенки, сгущенки, рыбных консервов, которые закупали оптом и отвозили домой в больших чемоданах и авоськах.
Кстати, слово “авоська” тоже советское изобретение — измученные дефицитом домохозяйки ходили по магазинам в надежде на авось, вот и брали с собой крупноячеистую сетку, легко умещающуюся в дамской сумочке.
Почему в такой богатой стране, как СССР, был дефицит? Разумеется, “в самом демократичном государстве мира” этот вопрос никто не задавал, тем более что никто на него бы и не ответил. Между тем уже в первые годы установления советской власти вождь мирового пролетариата прекрасно понял, что одной плановой экономикой и директивными реляциями народ не накормить. Отсюда и пошел откат к нэпу, мгновенно наводнившему страну продуктами.
Возврат к социалистической системе хозяйствования, дутым планам и печатным станкам довел страну до разора и нищеты под красивыми лозунгами богатства и процветания.
Под пышным камуфляжем социального равенства действовали закрытые распределители, где отоваривалась номенклатура, в буфетах ЦК всегда можно было по блату достать дефицитные соки и шоколад.
Слово “блат” стало самым ходовым во время дефицита, и, естественно, многие граждане дипломам “простых инженеров и педагогов” предпочитали тепленькое место в торговле, куда рвались всеми правдами и неправдами.
Попасть в торговлю означало получить золотой ключик к дефициту — и себя накормить, и друзьям подсобить, разумеется, не безвозмездно. Помнится, где-то в 70-х один довольно маститый ученый рассказывал, каких трудов ему стоило внедрить племянника в сферу торговли, зато труды не пропали даром, и довольно скоро племянник сказочно разбогател. Дорвавшись до прилавка и, сознавая скоротечность своего процветания, торговые работники воровали по-черному — обвешивали, недодавали, да еще доставали по блату искомый дефицит. Впрочем, то, что торговля — это путь обмана и воровства, было известно издавна.
К примеру, еще в 1903 году Московская городская управа поручила санитарной станции исследовать качество сливочного масла, продающегося в первопрестольной. Результат оказался для городских властей неожиданным, хотя сегодня был бы вполне предсказуем:
“В течение мая, июня, июля, августа и сентября 1903 г., — говорилось в отчете, — на санитарной станции было подвергнуто исследованию 329 проб топленого коровьего масла. Из всех доставленных на станцию при указанных условиях 329 проб масла натуральным продуктом можно признать лишь 186, т.е. 56,5% общего числа, тогда как 133 пробы (40,4%) оказались подделанными, подмешанными посторонними жирами (преимущественно салом и растительными маслами).
Таким образом, советская торговля создавалась, как говорится, не на голом месте, а следуя традициям жульничества, обмана, обвеса, фальсификации.
Где-то в начале 90-х в Ереване произошел такой случай. Прошел слух, что в большом продовольственном магазине прямо напротив кинотеатра “Россия” на прилавке свободно лежат баночки с зернистой икрой по вполне доступной цене. Граждане, естественно, рванули в магазин, и все оказалось правдой. Баночки растащили, как горячие пирожки, а при вскрытии “икра” оказалась желатиновыми шариками, выкрашенными черной тушью. В дело вмешалась авторитетная газета, которой удалось выяснить, что, пользуясь смутными временами, группа “икроделов” сколотила артель где-то в Мартунинском районе, где, используя какие-то бросовые отходы от рыбы для придания “икре” запаха, наладила доходное желатиновое производство. И это был не единственный пример. В редакции местных газет потоком шли так называемые “жалобщики”, притаскивая в качестве вещественных доказательств то пачку масла, воняющего хозяйственным мылом, то водку, в которой плавало неведомое насекомое. Советский дефицит был втройне опасен тем, что, во-первых, держал народ на очень опасном для здоровья единообразии продуктов питания, во-вторых, плодил жуликов и мошенников и, в-третьих, отучал народ от привередливости по принципу “не до жиру, быть бы живу”. Словом, достал что пожевать, и на том спасибо.
Советская торговая система оказалась очень изобретательной и по части обжуливания и обкрадывания своих доверчивых и измученных дефицитом сограждан. Уже сразу же после ликвидации нэпа появились “нормы естественной убыли”, позволявшие почти законно присваивать часть хранившегося товара, объявляя его испортившимся.
И все же хищения были отнюдь не самым главным способом обогащения продавцов. Куда проще и безопаснее было оплатить дефицитный товар в кассу магазина, а затем продать его своим людям уже по другой, гораздо более высокой цене. Прекрасно зная об этом, заведующих отделами и продавцов обкладывали данью завмаги. А с них в свою очередь взимали мзду работники торгов и складов, распределявшие дефицит и отпускавшие его в торговые точки. Правда, воровство и обман классического типа никуда не исчезли. Аппетит приходил во время еды, и труженики социалистической торговли лихо обвешивали и обсчитывали строителей коммунизма и изымали подотчетные товары без всякой оплаты.
Так что в конце 1930-х годов НКВД констатировал, что в торговле “размеры хищений учету не поддаются”. Только в Москве и только в 1938 году выявили хищений и растрат на 12 млн руб. А за первое полугодие 1940 года по всему СССР насчитали ущерба уже на 200 млн.
Армения внесла свою отнюдь не скромную лепту в эту “копилку всесоюзных хищений”. По словам одного из руководителей торгового ведомства тех лет, в Армянской ССР крали много, наживая крупные капиталы на сбыте продуктового и промышленного дефицита. Однако крупных процессов, подобных “елисеевскому” в Москве, не было, во-первых, по причине несопоставимости масштабов, во-вторых, в Армении, находящейся “на обочине государева ока”, от карающего перста закона можно было отделаться крупной взяткой, переданной нужными людьми в нужные руки (однако два исключения при этом все же были, но о них позже). Между тем директора крупных торговых точек не особенно усердствовали по части сокрытия своих капиталов. Жили они на широкую ногу, имели дачи, любовниц, прилично одевались, а после обретения независимости легализовали свои сокрытые капиталы, вложив их в приобретение собственности. Так что среди сегодняшних нуворишей немало тех, кто обзавелся стартовым капиталом благодаря советскому дефициту и насквозь коррумпированной, в корне прогнившей системе плановой советской торговли.
Однако масштабы хищений и соответственно обогащения были много скромнее столичных. К примеру, директор магазина N 32 Краснопресненского промторга в 1940 году, когда личные автомобили и мотоциклы, как считалось, выделялись лишь самым известным и передовым людям страны, имел машину, два мотоцикла и построил себе дачу, стоившую 100 тыс. руб., получая официально несколько сотен рублей в месяц. Мало того, он провел к даче асфальтовую дорогу длиной в километр. И это в то время как большинство подмосковных трасс в лучшем случае покрывалось щебенкой. И этот пример не был каким-то вопиющим или из ряда вон выходящим. Один из агентов НКВД докладывал на Лубянку:
“Если проанализировать положение в торговой сети г. Москвы, нетрудно доказать, что большое количество торговых работников занимается систематическими организованными хищениями и не только не наказывается, а, наоборот, считается почетными людьми. Их пример заразителен для многих других, и постепенно хищения входят в традицию, в быт, как нечто неотъемлемое от торгового работника. Большинство окружающих склонно смотреть как на “нормальное” явление, что торговые работники обязательно должны быть крупными ворами, кутилами, что они должны иметь ценности, постоянно их приобретать, строить себе дачи, иметь любовниц и т.д. К сожалению, многие на крупных воров — торговых работников — смотрят так же либерально, как в свое время смотрели на интендантов-казнокрадов”.
В предвоенные годы воровство в торговле в очередной раз попытались пресечь с помощью репрессивных мер. Были арестованы несколько завмагов и других крупных расхитителей, а восемь человек приговорены к высшей мере социальной защиты — расстрелу. Однако, как показало время, злоупотребления в торговле ничуть не уменьшились. Война стала временем тотального обогащения торговых работников, располагавших самым большим дефицитом того времени — продуктами. А в послевоенные годы появились совершенно новые способы хищений.
Так, для продажи товаров, полученных по репарациям из побежденной Германии, появилась система особых универмагов — Главособунивермаг, магазины которой открылись во всех более или менее крупных городах страны. А для работников торговли открылось широкое поле для обогащения. МВД СССР констатировало:
“Берлинская закупочная контора Главособунивермага, отправляя товары из Германии в СССР, составляет вместо железнодорожных накладных сопроводительную ведомость, в которой указывается лишь количество мест в вагонах без наименования товаров. Это обстоятельство не дает возможности установить недостачу или излишек товаров и способствует хищениям при приемке и в пути”.
В некоторых универмагах этой сети полученные из Германии товары попросту нигде не учитывались, а выручка от их реализации раскладывалась по карманам продавцов и их начальников.
Одной из целей денежной реформы 1947 года как раз и была ликвидация тайных накоплений советских подпольных миллионеров. Все наворованное, как предполагали руководители партии и правительства, должно было превратиться в дым благодаря утвержденной схеме обмена денег (наличные обменивались в отношении 10:1, вклады свыше 10 тыс. руб. переоценивались в отношении 2:1). Но в Москве о предстоящем обмене стало известно заранее, и, как выяснилось позднее в результате милицейских проверок, торговые работники пострадали от реформы куда меньше честно зарабатывавших граждан. Они попросту скупили весь товар в своих же торговых точках, чтобы потом продать его за новые деньги. В особом ходу были антиквариат, меха, ювелирные и винно-водочные изделия.

Читайте также:  Диагностика двигателя nissan march

В Армении по части нелегальной торговли винно-водочными изделиями проявляли поистине виртуозную изобретательность. Где-то в 60-е годы в одном винодельческом районе произошел курьезный случай. На местном винном заводе регулярно фиксировались огромные утечки вина. Все попытки выявить, каким образом дорогостоящий напиток утекал с завода, ни к чему не привели. Только через пару лет бригада ревизоров по наводке кого-то из сельчан обнаружила, что директор одного из пищеторгов с помощью брата, работающего на винзаводе, проложил трубу из производственного цеха прямо к водопроводному крану в собственном доме. Оттуда вместо воды вытекало вино, которое и реализовалось в магазине и принесло авторам этой остроумной придумки огромные барыши.
Однако на подобных махинациях попались и сели как в Армении, так и во всей стране лишь тысячи тысяч работников торговли и общественного питания. Причем там, где проверку проводили ведомственные контролеры, нарушений либо не выявлялось, либо находились несущественные отклонения от нормы. Вывод напрашивался однозначный — социалистическая торговля погрязла в коррупции. Но признать это открыто кремлевские вожди не могли. И потому даже в решении Политбюро “О министре торговли СССР” о хищениях и взяточничестве ничего не говорилось.
Между тем МВД докладывало, что в 1948 году органами МВД привлечено к уголовной ответственности за хищения 28 810 работников системы Министерства торговли и потребительской кооперации (на 10 255 человек больше, чем в 1947 году). О росте хищений в этих системах свидетельствуют также и данные Министерства торговли и Центросоюза о хищениях и растратах. “За последнее время наиболее распространенным видом хищений в торговых организациях стал обман покупателей… В апреле и мае 1948 года была повсеместно проверена выборочным порядком правильность отпуска товаров и продуктов потребителям. Всего за обман потребителей органами МВД в 1948 году привлечено к ответственности 4929 человек. Недостачи и растраты возросли в министерствах торговли Узбекской, Грузинской, Латвийской и Таджикской союзных республик, Главунивермаге, Главкурортторге, Главювелирторге, Главдорресторане Запада и Севера и Главсахалинсевероторге”.
Армянская ССР счастливо избежала попадания в этот черный список, хотя и в 50-е, и особенно в 60-70 годы именно в нашу республику приезжали со всех концов страны специально для покупки дорогостоящих ювелирных украшений, которые по блату и за приличное вознаграждение можно было приобрести в местных ювелирных магазинах.
Один из известных “авторитетов” по скупке ювелирки, преимущественно бриллиантов, армянин по происхождению имел разветвленную сеть “агентов” в тбилисском Авлабаре. Он утверждал, что одним из главных источников поступления товара являются ювелирные магазины Еревана, с которыми у него была хорошо налаженная прочная связь. Словом, коррупция процветала во всех сферах торговли. Не помогла даже чистка засоренных и дискредитировавших себя кадров, в результате которой из системы только в 1950-1951 годах было уволено 60 тысяч человек. Тогдашний министр торговли СССР Василий Жаворонков вынужден был признать, что следствие и суд проявляли непонятную медлительность и мягкость при разборе дел торговых работников, и это также свидетельствовало о значительной, если не сказать, тотальной коррупции в стране победившего социализма.
Правоохранка Армении не была в этом смысле исключением. Всем было хорошо известно о сращении правоохранительных органов с торговой мафией. Поэтому в сети правосудия попадали только “мелкие птички”, а крупные, как правило, отделывались легким испугом.
Однако в 1972 году, когда II секретарем ЦК Компартии Армении был избран посланец Москвы Анисимов и, как водится, “новая метла” начала показательную чистку, в районе Камо выявились хищения в особо крупном размере. В местной торговой сети шла активная подпольная распродажа дефицитных шуб, мебели, обнаружилась недостача в размере, превышающем 1 миллион рублей. На закрытом судебном разбирательстве выяснилось, что в крупных махинациях был замешан и тогдашний первый секретарь райкома. Дабы не дискредитировать партию, секретаря из преступного дела благополучно изъяли, а завмага приговорили к высшей мере наказания — расстрелу.
Это был беспрецедентный для Армении случай, а через несколько лет возникло еще одно громкое дело. Для обеспечения занятости пенсионерок была создана заготовительная контора “Надомник”, куда женщины, работавшие на дому, сдавали свои изделия и заготовки.
При проверке деятельности этой конторы выяснилось, что женщин попросту обкрадывали, наживая на этом сотни тысяч. Руководитель конторы также был приговорен к “вышке”.
Впрочем, дела эти лишь условно можно назвать громкими — широкого резонанса в обществе они не получили по причине своей тщательной засекреченности и закрытости от “чужих” глаз и ушей. А само общество, изнывая от вечной борьбы с дефицитом, продолжало радоваться дешевому маслу, сахару, хлебу, да и теперь вспоминает об этом с ностальгической тоской.
Между тем этот абсурдный разрыв между реальными рыночными и установленными государством ценами, поддерживаемый лишь железной рукой Сталина, после его смерти привел к тотальному дефициту, к жесткой талонной системе и, наконец, к окончательному развалу всей плановой социалистической экономики.
Собственно, по-другому и быть не могло. Там, где есть разница между установленными государством и рыночными ценами, всегда найдутся люди, пытающиеся на этом заработать. А также те, кто будет зарабатывать на зарабатывающих.
Подготовила

Читайте также:  Диски для ff2 рестайлинг

Источник

Товарный дефицит

Дефици́т (от лат. dēficit «не хватает, недостаёт») — термин, который в русском языке в основном употребляется в значении превышения спроса над предложением в плановой экономике, и связанного с этим недостатка товаров в свободной продаже.

Товарный дефицит — это количество товара, которое покупатели не могут купить по существующей на рынке цене. Дефицит свидетельствует о несовпадении спроса и предложения и отсутствии уравновешивающей цены.

Содержание

Причины появления товарного дефицита

В системах с плановой экономикой

Перманентный товарный дефицит в государствах с плановой экономикой связан с государственным регулированием цен. Если в рыночной экономике превышение спроса над предложением приводит к росту цен (инфляции), то при регулируемых ценах результатом становится товарный дефицит, и особенно он возрастает при резком росте денежной массы.

Дополнительным, усугубляющим товарный дефицит фактором, является использование дефицита частными лицами, имеющими к нему доступ, в собственных интересах (появление «чёрного рынка»).

См. также

Ссылки

Источники

Примечания

Смотреть что такое “Товарный дефицит” в других словарях:

Товарный дефицит — (англ. deficit of goods) превышение совокупного платежеспособного спроса над совокупным предложением определенных товаров и услуг … Энциклопедия права

Товарный дефицит — (англ. deficit of goods) превышение совокупного платежеспособного спроса над совокупным предложением определенных товаров и услуг … Большой юридический словарь

Товарный дефицит в СССР — Товарный дефицит в тех или иных сферах был характерен для определённых периодов в истории существования СССР и сформировал «экономику продавца» производители и система торговли в условиях планового хозяйствования (отсутствие конкуренции… … Википедия

Дефицит в СССР — Дефицит (лат. dēficit «не хватает», «недостаёт») термин, который в русском языке в основном употребляется в значении превышения спроса над предложением в экономике. Товарный дефицит это количество товара, которое покупатели не могут купить по… … Википедия

ДЕФИЦИТ ТОВАРНЫЙ — несоответствие товарного предложения спросу. Словарь финансовых терминов … Финансовый словарь

Дефицит — (от лат. deficit недостает; англ. deficit) 1) недостаток, нехватка чего либо; отсутствие товара на рынке в достаточном количестве (товарный дефицит); 2) превышение расходов над доходами, убыток (напр., дефицит бюджета); 3) в … Энциклопедия права

Дефицит — (Deficit) Термин, означающий недостачу, недостаточность Превышение объёма импорта над объёмом экспорта; недостаток, нехватка чего либо Содержание Содержание Определение Товарный Дефицит в СССР Внутренние источники Внешние источники Требования к… … Энциклопедия инвестора

Дефицит — (от лат. deficit недостаёт) термин, означающий недостачу, недостаточность. Содержание 1 Экономика 1.1 Макроэкономика 1.2 … Википедия

Дефицит — English: Deficit Несоответствие предложения спросу. Бюджетный дефицит превышение расхода над доходом. Товарный дефицит несоответствие товарного предложения спросу Источник: Термины и определения в электроэнергетике. Справочник … Строительный словарь

дефицит — (от лат. deficit недостает) убыток, недочет в наличности против счета. * * * (от лат. deficit недостает; англ. deficit) 1) недостаток, нехватка чего либо; отсутствие товара на рынке в достаточном количестве (товарный дефицит); 2) превышение… … Большой юридический словарь

Источник

Ответы на популярные вопросы